Стоит ли воспринимать угрозы Red Bull покинуть Формулу 1 всерьез?

Дитер Ренкен
10 мая 2017 в 9:39

Команда Red Bull Racing в очередной раз дала понять, что при определенных обстоятельствах может уйти из Больших Призов. Но стоит ли их слова принимать за чистую монету? Разбирается Дитер Ренкен...

Еще один сезон, и еще одна угроза со стороны Red Bull покинуть спорт. Откровенно говоря, в последних заявлениях консультанта компании Хельмута Марко – между прочим, доктора юридических наук – было больше намеков и скрытых угроз, нежели прямых высказываний. Но смысл был более чем прозрачным: сделайте так, как мы требуем, иначе мы уходим.

Как и многие предупреждения со стороны австрийской команды в прошлом, нынешние также были связаны с переходом на более дешевые и шумные двигатели хотя бы с 2021 года.

Слова Марко стали ответом на заданный ему вопрос корреспондентом официального сайта Ф1: «Команда, пользующаяся клиентскими двигателями, всегда будет зависеть от производителя – и за последние четыре года вы это прекрасно поняли. Есть ли у вас какие-либо намерения однажды изменить сложившуюся ситуацию?»

«Конечно, и не однажды, – ответил Хельмут. – Последним сроком для прихода в Формулу 1 независимого поставщика моторов должен стать 2021 год.

Это более чем необходимо для спорта, к тому же этот двигатель должен быть простым, громким и стоить должен меньше 10 миллионов. Мы говорим о силовой установке более простой конструкции по сравнению с нынешними агрегатами. Нам нужен просто гоночный мотор.

Есть достаточное количество компаний, способных поставлять такие двигатели. Так что мы ожидаем, что уже к концу нынешнего сезона новые владельцы Ф1 и FIA что-то решат по этому поводу. Если этого не случится, наше присутствие в Формуле 1 будет под вопросом».

Обратите внимание на слова "последним сроком", "двигатель должен стать", "мы ожидаем", "если этого не случится", "наше присутствие будет под вопросом". Не самые мягкие слова.

В последний раз австрийский концерн угрожал покинуть чемпионат из-за двигателей в 2015 году – на пике проблем Renault. Тогда Марко, руководитель команды Red Bull Racing Кристиан Хорнер, его коллега из Toro Rosso Франц Тост и Матешиц в один голос сказали, что готовы покинуть спорт, если не найдут конкурентного мотора. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что все доступные варианты уже заняты.

© autosport.com
Фото: autosport.com

В то же время многие в паддоке выразили недоумение от того, насколько безжалостно в Red Bull критиковали Renault – кто-то даже предположил, что после всех сказанных слов путь австрийскому коллективу к клиентским программам просто закрыт.

В то время возникли слухи о том, что партнером Red Bull может стать Volkswagen Group со своим брендом Audi, но дизельный скандал исключил такую возможность. При этом поговаривают, что в VW также были не в восторге от того, в каких выражениях команда набросилась на своего бывшего поставщика моторов, так что скандал – возможно, не единственная причина отказа группы компаний от прихода в Ф1.

Примерно в то же время ваш покорный слуга проанализировал варианты взаимоотношений, доступные для Red Bull и Renault, и в итоге австрийский коллектив остался с французскими мотористами, тогда как младшая команда концерна Toro Rosso была вынуждена на один сезон перейти на годовалые моторы Ferrari, после чего в Renault смягчили свои условия.

Одновременно с этим RBR лишилась спонсорской поддержки компании Infiniti и обратилась с брендирующим контрактом на моторы к TAG Heuer.

Команде Toro Rosso пришлось самой оплачивать счета за прошлогодние моторы, которые не обновлялись на протяжении всего сезона, что стоило коллективу как минимум одного места в Кубке конструкторов, а с ним и приличной части призовых в размере около шести миллионов долларов.

Любопытно, что как только договора с Renault/Ferrari на сезон-2016 были подписаны, Дитрих Матешиц тут же опроверг все намеки на то, что концерн мог покинуть Ф1 из-за двигателей.

«На самом деле я никогда даже не задумывался об этом, – сказал он. – Конечно, могли возникнуть обстоятельства, которые вынудили бы нас пойти на такой шаг, к примеру, если бы нам так и не удалось найти ни одного двигателя».

© autosport.com
Фото: autosport.com

Но двигатели у его команд были всегда, пусть и не флагманские от Mercedes. Кстати, любопытно представить себе ситуацию, в которой оказались бы сегодня Red Bull и/или Toro Rosso, если бы бывший исполнительный директор McLaren Group Рон Деннис в свое время не наложил вето на использование силовых установок Honda другими командами. А ведь Red Bull открыто обращалась к японскому поставщику…

Представьте себе те гневные тирады, которые слышались бы из Зальцбурга после каждого безуспешного Гран При. С Renault, по крайней мере, Red Bull смогла одержать пять побед в гонках с 2014 года.

Так должны ли мы воспринимать угрозы (или предупреждения) Марко всерьез? Имеют ли они какую-либо реальную подоплеку в техническом, спортивном и экономическом отношении?

Требования Марко, по сути, можно разделить на четыре составляющие: независимый поставщик, громкие моторы, простота двигателей в техническом плане и их стоимость.

Что касается стоимости, то поставщики силовых установок год назад подписали соглашение с FIA о том, что контракт на силовые установки в расчете на две машины в год будет обходиться командам в 18 млн долларов. Напомним, что речь идет о едва ли не самых совершенных в технологическом плане агрегатах в истории автоспорта.

Марко заявил, что цена должна быть ниже 10 миллионов. С учетом того, что Хельмут австриец, а FIA зафиксировала тарифы в евро, надо предполагать, что Марко имел в виду именно 10 миллионов евро, а с нынешними курсовыми разницами это означает разницу процентов в 15 по отношению к доллару.

Теперь посмотрим на бюджет Red Bull 2016 года. Из этого материала следует, что доход команды составил 220 млн фунтов стерлингов, что по нынешнему курсу эквивалентно 257 млн евро. 8 млн евро разницы, которую требует Марко, – это лишь 3% от годового дохода команды, тогда как над двигателем работают порядка 300 высококвалифицированных инженеров на заводе.

А теперь можно вспомнить, что один только Эдриан Ньюи зарабатывает в команде порядка 10 млн фунтов (11.7 млн евро) в год. А инсайдеры из Ferrari утверждают, что технический гуру отказался от вдвое большей суммы и работы в Маранелло. Также не стоит забывать, что пара пилотов коллектива в сумме получает около 10 млн фунтов. Не кажется ли вам странным, что Марко так отчаянно отказывается принимать сумму за двигатели в 18 млн евро и одновременно платит такие же деньги всего трем сотрудникам в команде?

© autosport.com
Фото: autosport.com

Хельмуту неплохо было бы вспомнить 2005 год, когда Red Bull только пришла в спорт, выкупив активы Jaguar Racing. В те годы ежегодная поддержка двигателей обходилась клиентам в 20 млн долларов, но австрийцам не помешало это присоединиться к Ф1.

Ален Прост недавно вспомнил времена, когда он владел командой – на стыке веков, и тогда его коллектив вынужден был отдавать в год 34 млн долларов за моторы при бюджете в 60 млн.

На что пошли бы сэкономленные Red Bull 8 млн долларов? Держу пари, что их тут же отправили бы на доработку аэродинамики, а бюджет команды не снизился бы. В команде сколько угодно могут твердить, что они уменьшили бы бюджет, но история показывает, что их казна росла на протяжении всех последних восьми лет в спорте, и они первыми отказались подписывать соглашение по ограничению ресурсов в Ф1.

Кроме того, только невероятные усилия позволили руководству спорта сдержать рост цен на двигатели и даже снизить стоимость до нынешнего уровня, несмотря на применение дорогостоящих технологических решений. И было бы очень странно со стороны Red Bull обвинять в ситуации с двигателями FIA, поскольку за нынешнюю систему проголосовали на Комиссии Ф1, где у австрийской компании сразу два голоса.

Что касается звука моторов, то на каждого недовольного найдется приверженец более тихой Формулы 1, но тут как в жизни – слышнее всего визгливые крики жалобщиков. Конечно, громкость двигателей можно увеличить, но это непременно будет воспринято некоторыми слоями населения как нарушение этических норм и приведет к отторжению части молодого поколения болельщиков от гонок.

Марко требует, чтобы к 2021 году в Формуле 1 появился независимый поставщик моторов. А зачем? В сезоне-2005 на машинах Red Bull были установлены двигатели Cosworth, после чего австрийцы быстро переметнулись к Ferrari, а затем, когда стало понятно, что и в Маранелло не могут справиться с задачей, и к Renault. Улавливаете закономерность?

© autosport.com
Фото: autosport.com

Точно так же, когда Матешиц приобрел Minardi – ныне Toro Rosso – в 2006-м, команда начала с моторов Cosworth, которые очень скоро сменили оставшиеся от Red Bull по наследству агрегаты Ferrari (снова шаблон). Ни в один момент времени ни у одной из команд концерна не было конкурентоспособного двигателя независимого поставщика.

Более того, история показывает, что последняя победа в Формуле 1 с "независимым" мотором, то есть мотором без заводской поддержки, была одержана еще в прошлом веке, или даже еще раньше – в зависимости от трактовки.

Когда же в конце марта FIA пригласила всех на открытое совещание по моторам в Ф1, из независимых компаний встречу посетил лишь Марио Иллиен, который еще год назад был консультантом Red Bull по работе с двигателями Renault. Хельмуту Марко стоило бы задуматься над тем, почему другие независимые поставщики не проявили к собранию ни малейшего интереса, несмотря на свободный доступ на мероприятие.

Австриец ожидает, что независимый поставщик предложит ему контракт на пару моторов на год за 10 млн долларов? А почему бы вновь не задуматься о том, чтобы наладить собственное производство силовых установок? Ведь в 2014-м они об этом всерьез говорили… Всем интересно, почему в Австрии не были против покупки сразу двух команд Формулы 1, но при этом не собираются выделить деньги на строительство собственных моторов для них.

Дежурный ответ на этот вопрос заключается в том, что Red Bull – это гоночная команда, а не технологическая компания. Но подразделение Red Bull Technologies было создано как раз для того, чтобы обеспечивать технологической поддержкой обе команды, а сегодня этот отдел тесно вовлечен в процесс разработки гиперкара Aston Martin/Red Bull и поддержку яхт на Кубке Америки. Значит, суперкары и яхты – да, а двигатели для Ф1 – нет? Ну, конечно, легче же обвинять всех вокруг…

© autosport.com
Фото: autosport.com

И, наконец, об упрощении двигателей. Новейшие технологии присущи вершине автоспорта, коей является Формула 1, с самого начала эпохи Больших Призов – лет за сто до того, как Red Bull продала свою первую банку с газировкой.

Марко сам ездил за рулем F1 BRM V12 в 70-х (на фото вверху) и выигрывал в Ле-Мане на сверхтехнологичной по тем временам 12-цилиндровой Porsche 917, которая была увековечена в кинематографе благодаря Стиву Маккуину.

Выходит, раз Red Bull не является поставщиком силовых установок в Ф1, как Mercedes, Ferrari и Renault, значит, можно упрощать двигатели только для того, чтобы австрийцы смогли сэкономить 3% от своего раздутого бюджета?! И тут же отправить эти деньги на доработку шасси или на завышенные зарплаты для своей элиты.

Постоянные угрозы Red Bull покинуть спорт не делают чести ни бренду, ни команде, ни ее сотрудникам и руководству, ни Формуле 1 в целом.

Если австрийцы не удовлетворены тем, как развивается чемпионат, несмотря на удвоенное количество голосов в законодательном органе, пусть уходят – посмотрим, много ли болельщиков заплачет...

Источник: http://www.autosport.com/premium/feature/7499/red-bull-quit-threats-are-empty-and-unfair

© autosport.com
Фото: autosport.com

  • Поделиться: