Бахрейн в Малайзии, Катар... в Америке: Формула 1 вступает в эпоху абсурда
Одна страна платит за проведение своей гонки на чужой территории — и, похоже, это только начало…
Статистиков, которые до сих пор не оправились от всех аномалий календаря ковидных сезонов, после событий уик-энда на Хунгароринге-2026 наверняка придется отпаивать успокоительным, рассуждает журналист британского Autosport Стюарт Коддлинг. Сначала был Гран При 70-летия — необычное название еще можно было объяснить. Затем появился Гран При Штирии, ведь иначе было не различить две подряд гонки на одной и той же трассе.
Но как теперь классифицировать Гран При Бахрейна 2026, который пройдет… в Малайзии?
Кого считать последним обладателем поула на этой гонке? Оскара Пиастри, выигравшего квалификацию в Бахрейне в 2025 году? Или Льюиса Хэмилтона, который завоевал поул на трассе Сепанг еще в 2017-м, когда там в последний раз проходил Гран При Малайзии?
И как вообще вести статистику этого этапа? Считать его 38-м Гран При Малайзии, если учитывать внезачетные гонки на трассах Томсон-Роуд и Шах-Алам? Или же это 22-й Гран При Бахрейна? Тогда возникает новый вопрос: считать ли Сепанг уже четвертой конфигурацией трассы, принимавшей этап под этим названием, или только третьей, если вспомнить статистически уникальный Гран При Сахира 2020 года, который проходил на альтернативной конфигурации Международного автодрома Бахрейна?
Столько вопросов — и так мало желания всерьез разбираться в каждом из них.
Впрочем, в воскресенье утром в паддоке Хунгароринга мало кого занимали подобные размышления. Гораздо важнее было другое: по паддоку поползли слухи, что официальное объявление вот-вот состоится. Поэтому действовало простое правило — сначала бронируй, потом задавай вопросы. Те обитатели паддока, кого заранее оповестили, поспешили купить авиабилеты и забронировать гостиницы, пока публикация пресс-релиза не спровоцировала традиционный скачок цен. Эта лихорадочная гонка за билетами лишь добавила происходящему оттенок абсурда — словно поздний капитализм решил в очередной раз превзойти самого себя.
По крайней мере, это было куда полезнее, чем другое популярное занятие уик-энда — бесконечные публикации с предположениями о том, какая трасса заменит Катар и Абу-Даби в финальной части сезона. Многие из этих материалов выглядели как попытка сыграть по принципу «сломанные часы дважды в сутки показывают правильное время»: выпустить как можно больше версий в надежде, что хотя бы одна окажется верной. Тогда можно будет с гордостью заявить: «Как мы эксклюзивно сообщали…»
Возможно, сама идея, что одна страна принимает Гран При другой, — признак того, что мир постепенно переходит в какую-то параллельную реальность. Другого объяснения у автора нет. Тем более что Лэнс Стролл появился в паддоке с такими усами и бородкой, что в сериале «Звездный путь» образца 1960-х это наверняка означало бы одно: перед нами злой двойник Стролла из параллельной вселенной.
Временное возвращение Сепанга в календарь имеет и историческое значение. Именно эта трасса стала одним из первых символов экспансии Формулы 1 на Восток, которую в конце 1990-х и начале 2000-х активно продвигал бывший владелец коммерческих прав чемпионата Берни Экклстоун.
Вскоре календарь, насчитывавший тогда 16 этапов, начал стремительно разрастаться — сначала до 20 гонок, а затем и больше. В чемпионате одна за другой появлялись новые автодромы, построенные на государственные деньги в Китае, Индии, Южной Корее, Абу-Даби и, конечно же, Бахрейне.
Однако далеко не все эти проекты оказались жизнеспособными. Интерес публики часто был слишком низким, чтобы гонки могли существовать без серьезной государственной поддержки. Гран При Малайзии продержался в календаре до 2017 года, несмотря на скромную посещаемость. Одна из главных причин была банальна: стоимость билета для многих жителей страны была сопоставима с месячной зарплатой.
Кто знает, возможно, стоило потерпеть еще немного. За последние годы популярность Формулы 1 резко выросла — во многом благодаря сериалу Netflix, который превратил чемпионат в массовое развлечение далеко за пределами автоспорта. Теперь практически каждый этап проходит при переполненных трибунах. По крайней мере, именно так утверждают титры официальной трансляции Формулы 1 — а они, конечно же, не могут ошибаться.
В условиях все менее стабильной международной обстановки подобные перестановки уже не выглядят чем-то невероятным. Более того, многие журналисты и болельщики, которым доводилось искать жилье в Баку, наверняка не стали бы возражать, если бы Азербайджан однажды решил провести свой этап где-нибудь еще. Особенно если это избавит их от привычной ситуации, когда хозяин квартиры в последний момент отменяет бронь, чтобы сдать жилье дороже, и требует оплату наличными вперед.
И наконец — вечная тема последних гонок сезона, вокруг которой слухов, кажется, никогда не станет меньше.
Одна из последних версий гласит, что финал чемпионата может принять Трасса Америк в Остине, причем уже через неделю после Гран При Лас-Вегаса. Что ж, если вспомнить, что президент США недавно получил в подарок Boeing 747 от одного из государств Персидского залива, то идея провести Гран При Катара при поддержке Qatar Airways... на территории США уже не кажется такой уж невероятной. Разве что название получится чересчур длинным.
Впрочем, какая разница? Если этот сценарий вдруг действительно сбудется, всегда можно будет с гордостью сказать: «Вы ведь впервые прочитали об этом именно здесь, не так ли?»
По материалам: https://www.autosport.com/f1/news/where-to-next-after-the-bahraysian-grand-prix/10842056
