«Льюис, ты что творишь?!» Хэмилтон пошёл против Ferrari в Сингапуре и... обжёгся
Кажется, семикратный чемпион мира Формулы 1 окончательно перестал доверять своей команде. Но прав ли он? Как говорится, взгляд — на табло. А в нашем случае — на финишный протокол Гран При Сингапура...
Руководитель Ferrari Фредерик Вассёр в последнее время привык отвечать на неудобные вопросы. Правда, до сих пор они касались главным образом его собственного будущего в команде. К сожалению для француза, смена темы не сделала эти разговоры приятнее.
После Гран При Сингапура главным предметом обсуждения стало решение Льюиса Хэмилтона не заезжать в боксы во время режима виртуального автомобиля безопасности. Его объявили на 39-м круге из 62-х после того, как машина Aston Martin по управлением Лэнса Стролла остановилась на трассе. В 2026 году сходы и аварии пилотов Aston Martin, влияющие на исход гонок, стали настолько привычным явлением, что букмекеры, пожалуй, уже перестали бы принимать на них ставки.
Ранее в этом сезоне именно сход зеленой машины на Гран При Испании позволил Хэмилтону провести "недорогой" пит-стоп и воспользоваться альтернативной стратегией, которая принесла ему первую победу за Ferrari. С тех пор обстоятельства изменились — за исключением почти неизбежных сходов машин команды Лоуренса Стролла.
По мере развития сезона буксовала и Ferrari. Для любой другой команды второе место в Кубке конструкторов после нескольких трудных лет стало бы позитивным результатом. Но славная история Ferrari и ожидания итальянской публики давно превратились для команды в тяжёлую ношу.
Возможно, прогресс Ferrari не получил должного признания из-за доминирования Mercedes, а также слабых выступлений McLaren и Red Bull в первой половине сезона. Вместо того чтобы отмечать улучшения, команду критикуют за разочаровывающие результаты и ошибки в исполнении. Стратегических просчётов было немало. Кроме того, Ferrari, похоже, не может или не хочет устанавливать чёткие правила для Хэмилтона и Шарля Леклера.
В Сингапуре Ferrari разделила стратегии пилотов, отправив Леклера на старт на Soft, а Хэмилтона — на Medium. Команда пыталась компенсировать то, что оба гонщика не смогли опередить Макса Ферстаппена в квалификации. Расчёт был прост: Леклер получал шанс отыграть позицию на старте, а шины Хэмилтона теоретически позволяли дольше оставаться на трассе. Казалось, такой подход учитывал все возможные сценарии.
Однако выяснилось, что мягкие шины C5 гораздо лучше подходят для гонки, чем ожидалось, а Medium не обеспечивают заметного преимущества по долговечности. На телевизионной трансляции появилась одна из невыносимых график Amazon с «аналитическими выводами» уровня «спасибо, кэп»: «Износ Soft оказался ниже ожидаемого». К тому моменту для Скудерии всё уже было кончено: Хэмилтон свернул в боксы в конце 18-го круга, чтобы избавиться от Medium.
Как сказал Вассёр после гонки, пилоты Ferrari могли рассчитывать на второе и третье места, поскольку при прочих равных Ферстаппен был недосягаем. Но понять, почему Хэмилтон не заехал в боксы во время виртуального автомобиля безопасности, очень сложно. К тому моменту на его уже использованных Soft было пройдено 20 гоночных кругов, не считая их использования в квалификации. Леклер к концу 24-го круга перешёл на Medium и сразу обнаружил, что эти шины не обеспечивают оптимального темпа.
Учитывая расположение машин в момент объявления виртуального автомобиля безопасности и тот факт, что обоим пилотам одновременно приказали заехать в боксы, нужно проделать невероятные умственные кульбиты, чтобы поверить, будто Хэмилтон случайно пропустил въезд на пит-лейн.
Леклер и Хэмилтон ехали с интервалом в четыре секунды. Они проходили 10-й и 11-й повороты, причём Шарль уступал Ферстаппену 5,7 секунды, когда жёлтые флаги после остановки Aston Martin Стролла сменились режимом виртуального автомобиля безопасности.
Последовавшие события вызвали некоторую путаницу: запись с бортовой камеры Хэмилтона в этот момент сопровождалась помехами и провалами звука. При этом далеко не все переговоры между пилотами и командным мостиком в принципе транслируются в эфир.
Если смотреть записи с каждой машины по отдельности, можно решить, что заехать в боксы попросили только Леклера. Однако Вассёр настаивал: сигнал получили оба пилота.
«Мы позвали обоих. Сказали: “Заезжайте в боксы под виртуальным автомобилем безопасности”, — рассказал он. — Один из моих пилотов [Хэмилтон] ответил: “Нет, я предпочитаю остаться на трассе”. Хотя нет, он не сказал этого — он сказал: “Я пропустил въезд на пит-лейн”. Не обвиняйте команду».
Всё это выглядит крайне странно. Учитывая, где находились машины в момент объявления виртуального автомобиля безопасности и что обоим пилотам одновременно приказали заехать в боксы, нужно очень постараться, чтобы поверить, будто Хэмилтон случайно пропустил въезд на пит-лейн. Между машинами было достаточно места, чтобы двойной пит-стоп практически не сказался на гонке Льюиса. Скорее всего, он вернулся бы на трассу впереди Ландо Норриса, который остановился несколькими кругами ранее. С Леклером так и произошло.
Для Шарля лучшим решением было избавиться от неудачно выбранных Medium и вернуться на Soft, пусть даже уже использованные. Позже в гонке он сократил отставание от Ферстаппена, но так и не смог всерьёз ему угрожать. Для Хэмилтона ситуация сложилась бы похожим образом, хотя он сохранил бы третье место.
Позже Ferrari пыталась убедить Льюиса остановиться уже под зелёными флагами. Команда предупредила, что до финиша на одном комплекте ему не хватит шести кругов: шины не выдержат. После второго пит-стопа Хэмилтон пропустил бы вперёд Кими Антонелли и обоих пилотов McLaren, зато получил бы преимущество по состоянию шин и возможность атаковать Норриса и Оскара Пиастри. С Антонелли было бы сложнее: он, как и Леклер, остановился под виртуальным автомобилем безопасности.
Хэмилтон отказался, решив дождаться ещё одного выезда автомобиля безопасности. Однако гонщик с таким опытом должен понимать, что это стратегия, при которой можно проиграть в любом случае: рассчитывать на нейтрализацию гонки, которая может так и не наступить, — крайняя мера. Как и следовало ожидать, за десять кругов до конца гонки темп Хэмилтона на шинах упал, и на финише британец оказался лишь шестым.
На круге возвращения в боксы Льюис извинился перед командой по радио. После гонки он пожаловался на плохое самочувствие и отправился в медицинский центр, после чего его освободили от обычного общения с прессой. Поэтому судить о произошедшем приходится по послегоночному общению Вассёра с журналистами, во время которого тот временами не скрывал раздражения, и по пресс-релизу Ferrari. В нём Хэмилтону приписаны следующие слова: «Это был болезненный урок, но я полностью беру на себя ответственность за принятые решения» и «Команда вызвала меня в боксы, но я пропустил въезд на пит-лейн».
Ранний пит-стоп Хэмилтона за комплектом уже использованных Soft привёл к тому, что после остановки Леклера в конце 24-го круга Шарль вернулся на трассу лишь немного впереди напарника. Льюис сразу начал просить команду разрешить ему обогнать монегаска. Леклер ответил быстрейшим кругом гонки.
Всё это напоминает ситуацию в Зандворте, где Хэмилтону казалось, что напарник его сдерживает, а команда не требует от Леклера пропустить его вперёд. Тогда Льюис дошёл до того, что начал кричать на своего гоночного инженера Карло Санти — для него это совсем нехарактерно. За карьеру Хэмилтон не раз резко разговаривал с командным мостиком, но настолько повышать голос ему прежде не приходилось.
После Монцы, где Леклер вытеснил его в гравий в первом повороте, Хэмилтон и вовсе сравнил подход Ferrari с порядками в Mercedes не в пользу итальянской команды, заявив: «Здесь нет никаких правил».
Впрочем, бывали и другие случаи, когда казалось, что Хэмилтон теряет концентрацию. Например, в квалификации Гран При Венгрии на последних секундах финальной попытки он обогнал Оскара Пиастри из McLaren, который возвращался на боевой круг. Но когда австралиец начал свою попытку, Льюис, похоже, забыл о его присутствии и оказался у него на пути. В Мадриде Хэмилтона жёстко раскритиковали за то, что он медленно ехал посреди трассы в профилированном повороте La Monumental.
Хэмилтон никогда не понимал стратегию настолько хорошо, как, например, Фернандо Алонсо. И всё сильнее кажется, что с приближением к середине пятого десятка лет он теряет внимание к деталям. Неужели в Сингапуре он действительно «пропустил» въезд на пит-лейн намеренно, решив рискнуть, а не смириться с финишем позади Леклера?
Те, кто любит говорить о необходимости «ловить момент», нередко сами создают себе проблемы. И на этот раз попытка перехватить инициативу, пожалуй, пришлась не ко времени. Всё это указывает на определённое недоверие Хэмилтона к командному мостику Ferrari и его решениям. Учитывая, чем заканчивались некоторые стратегические решения команды в последние сезоны, можно сказать, что у Льюиса есть основания сомневаться в них. Но правильно считать, что он сам справится лучше?
Ответ можно найти в протоколе Гран При Сингапура: шестое место и почти минута отставания от победителя...
По материалам: autosport.com/f1/news/senior-moment-or-breakdown-of-trust-the-implications-of-hamiltons-singapore-meltdown/10864471
