Модный приговор: в Формуле 1 повторяется история 40-летней давности
Говорят, нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Флавио Бриаторе опроверг это утверждение — с разницей в десять лет он привёл к двум титулам Михаэля Шумахера и Фернандо Алонсо. А теперь он повторяет путь, с которого, собственно, и началась его карьера в Ф1...
Итальянский дом моды становится титульным спонсором команды Формулы 1. Нет, это не 1983 год — это 2026-й. И модный бренд на этот раз — не Benetton, а Gucci, а команда — не Tyrrell, а Alpine. И всё же здесь невольно вспоминается старая французская поговорка: l'histoire se répète (история повторяется). Сорок лет назад Benetton пришёл в Формулу 1 через спонсорские контракты с Tyrrell и Alfa Romeo, прежде чем в итоге купить команду Toleman, базирующуюся в Энстоуне, и превратить её в чемпиона.
На фоне этого уже не кажется таким уж фантастичным вопрос: не вынашивает ли Gucci схожие амбиции? Особенно если учесть, что команда, с которой бренд теперь связан, до сих пор работает на той самой базе в английской глубинке.
В конце концов, Renault фактически перекрыла финансовый кран для команды Alpine после закрытия заводской моторостроительной программы в Ф1. Ожидается, что активы, которые сейчас контролирует Otro Capital, в итоге приберёт к рукам кто-то со стороны.
В паддоке ходят слухи, что одним из потенциальных покупателей может быть Mercedes. Бывший руководитель Red Bull Racing Кристиан Хорнер также, по сообщениям, изучает варианты вместе с группой инвесторов. Но зачем Gucci ограничиваться лишь правами на название? Сорок лет назад именно Benetton показал, как можно двигаться дальше, — и ключевую роль в этом сыграл не кто иной, как Флавио Бриаторе.
Чтобы понять эти параллели, стоит вернуться в прошлое. История итальянского гиганта одежды Benetton началась не с Формулы 1. Компания была основана в 1965 году семьёй Бенеттон. Братья Лучано, Карло и Джильберто вместе с сестрой Джулианой покорили Европу в конце 1970-х с помощью яркой одежды, составлявшей резкий контраст с унылой модой той эпохи.
Когда компания искала пути для экспансии в США, Лучано Бенеттон в конце 1979 года обратился к молодому предпринимателю по имени Флавио Бриаторе. Бриаторе было всего 28, но за его плечами уже было немало взлётов и падений в бизнесе. Тем не менее, Лучано разглядел в харизматичном молодом итальянце большой потенциал. Плюс, оба были выходцами из сельской местности и разделяли неприязнь к условностям консервативного итальянского общества.
Когда гонщики Ф1 могли говорить всё, что хотели...
Бриаторе взялся за дело и в 1980 году открыл первый магазин Benetton на Мэдисон-авеню в Нью-Йорке. Менее чем через пять лет у компании было уже 400 магазинов по всей территории США, а на пике — почти 800.
Benetton прославился как бунтарский, провокационный и дерзкий бренд — качества, которые сегодня напомнили бы многим Red Bull. Компания сочетала острый взгляд на модные тенденции с рекламными кампаниями, построенными на темах разнообразия и антирасизма под знаменитым слоганом «United Colours of Benetton». Эти рекламные кампании бросали вызов устоям и находили отклик у молодого поколения.
Чтобы укрепить свой имидж, Benetton решил прийти в Формулу 1. Любопытно, что эта идея принадлежала отнюдь не Бриаторе. В то время он был занят юридическими тяжбами в Италии и всецело сосредоточен на расширении американского бизнеса Benetton. Вдохновителем выступил Нани Галли, бывший гонщик, недолго выступавший в Формуле 1, а затем присоединившийся к семейному текстильному бизнесу. Семья Галли поставляла ткани для Benetton, и именно Нани познакомил Лучано Бенеттона с миром автоспорта.
Для Benetton Ф1 стала мощным маркетинговым инструментом для завоевания американского рынка. Хотя у США с Большими Призами всегда были сложные отношения, начало 80-х стало периодом всплеска интереса: в календаре значились один, два, а то и три Гран При. Это была идеальная платформа для охвата американских потребителей.
Лучано Бенеттон посетил Гран При Лас-Вегаса 1982 года и получил совет стать спонсором Tyrrell. Команда только что выиграла гонку с Микеле Альборето, в её составе был американский пилот Дэнни Салливан — это был идеальный вариант.
Бенеттон согласился, но с одним условием: команда должна была разорвать отношения с действующим спонсором — брендом мужской парфюмерии Denim Musk. Сам Benetton выпускал духи и опасался, что ассоциация с ним создаст путаницу с основным, швейным бизнесом.
Tyrrell принял условия, и в 1983 году на стартовой решётке появились машины, спонсируемые Benetton. Альборето выиграл в том году Гран При Детройта на Tyrrell 011B, но амбиции Benetton быстро переросли роль простого спонсора. После всего одного сезона партнёрство подошло к концу.
В следующем году Benetton переключился на Alfa Romeo, отчасти из-за американского гонщика Эдди Чивера. Однако эта авантюра обернулась разочарованием. Третье место Риккардо Патрезе в Монце стало единственным ярким пятном на фоне в целом тусклого сезона.
В 1985-м имя Benetton ещё оставалось на машинах Alfa Romeo, но по сути сотрудничество себя исчерпало. Компания решила, что следующим шагом станет полная покупка команды. В мае 1985 года Benetton приобрёл Toleman за 2,5 млн долларов. А Toleman, конечно же, является предком сегодняшней команды Alpine.
Болид Benetton-Toleman под управлением Тео Фаби дебютировал в Монако, создав необычную картину: две Alfa Romeo с их спонсором делили стартовое поле с Toleman с тем же брендом. Хотя Фаби сошёл с дистанции, этот дебют ознаменовал начало настоящего пути итальянского бренда в Формуле 1. В 1986-м команда была переименована в Benetton Formula, а за руль машин с моторами BMW сели Бергер и Фаби.
В тот момент Бриаторе был ещё очень далёк от руководства командой, атоспорт его не интересовал. Лишь в конце 1988 года, во время Гран При Австралии, он посетил свою первую гонку Формулы 1. Именно там Benetton попросил его заняться коммерческими делами команды. А дальше — уже история. Бриаторе помог превратить Benetton в настоящую гегемона Формулы 1. Он подписал Михаэля Шумахера, собрал команду мирового класса, которая взяла с Шумахером первый титул в 1994-м, а затем и оба чемпионства в 1995-м.
Всё это время главным козырем Бриаторе оставался его коммерческий нюх. В то время как другие команды представляли собой вотчины инженеров и технарей, Бриаторе оставался обаятельным дельцом из итальянской глубинки, вечно выискивающим новые возможности. Будь то уговорить Шумахера уйти из Jordan, купить Ligier, чтобы заполучить моторы Renault, или договориться со спонсорами — он всегда находил способ получить конкурентное преимущество.
Поэтому неудивительно, что Renault вернула Бриаторе в 2024 году в качестве советника. К тому моменту в компании уже знали, что заводской проект по двигателям будет свёрнут, и долгосрочное будущее команды — под вопросом. Кто, как не главный «решала» Формулы 1, был нужен им на борту?
Последним достижением Бриаторе стало привлечение Gucci в качестве партнёра. Может ли другой итальянский дом моды стать спасителем команды из Энстоуна? И сможет ли Бриаторе снова повторить то, что ему удалось 35 лет назад с Benetton, — привести команду на вершину Ф1?
После объявления о партнёрстве Alpine и Gucci сам Бриаторе произнёс примечательную фразу: «Команда Энстоуна всегда славилась тем, что делала всё по-своему, и уже доказала: модный бренд способен побеждать в Формуле 1».
Похоже, история действительно повторяется.
По материалам https://www.autosport.com/f1/news/from-benetton-to-gucci-is-briatore-closing-the-circle-at-enstone/10825180
