«К счастью, он потерял сознание…» 50 лет со страшной аварии Ники Лауды на Нюрбургринге
После жуткой аварии на Гран При Германии-1976 Ники Лауда оказался на грани жизни и смерти. Но всего через 40 дней он снова сел за руль машины Формулы 1 — и финишировал четвёртым. Это был невероятный пример силы духа, решимости и личного мужества. 1 августа 2026 года с первого дня тех событий исполнилось ровно полвека. Дадим слово британскому журналисту Найджелу Робаку, который уже в то время был завсегдатаем паддока и воочию видел героическое возвращение Лауда...
В протоколах значится, что на Гран При Италии 1976 года на тот момент действующий чемпион мира Формулы 1 Ники Лауда финишировал четвертым за рулем Ferrari. На первый взгляд — ничего выдающегося. Тем более что в том сезоне он уже выиграл гонки в Интерлагосе, Кьялами, Зольдере и Брэндс-Хэтче, был вторым в Лонг-Бич и Хараме, третьим в Андерсторпе. К этапу в Монце Лауда уверенно лидировал в чемпионате, опережая ближайших преследователей — Джеймса Ханта и Джоди Шектера. Именно это и расскажет вам официальная статистика. Но если посмотреть глубже, картина окажется совсем иной.
Почему нужно обязательно посмотреть фильм "Гонка"
Перед Монцей Лауда не стартовал в двух предыдущих Гран При — на Остеррайхринге и в Зандворте. А на этапе, который состоялся следом, на Нюрбургринге, он вообще не набрал ни одного очка. Более того, к моменту официально зафиксированного старта той роковой гонки врачи и вовсе боролись за его жизнь. На самом деле речь шла о рестарте, после которого дистанцию решили провести заново — все 14 кругов. Фактически это был уже совершенно новый Гран При, причем стартовая решетка осталась прежней.
«Первой гонки просто не было», — спустя годы заметил кто-то.
Лауда тут же резко возразил.
— Если ее не было, — прорычал он своим характерным низким голосом, — тогда что, черт возьми, случилось с моей гребаной машиной?
Если вы не застали ту эпоху, вас может удивить, насколько мрачным порой бывал юмор Лауды и его современников. В нынешние времена, которые Мартин Брандл метко называет эпохой «стерильной безопасности и бесконечных правил», подобные шутки кажутся неуместными. Но тогда черный юмор был неотъемлемой частью паддока. Это был способ справиться с постоянным ощущением опасности — своеобразный защитный механизм.
Около полудня 1 августа 1976 года над 22-километровым Нюрбургрингом пошел дождь. К двум часам дня дирекция гонки объявила этап дождевым. Из 26 участников лишь один рискнул оставить слики — Йохен Масс на McLaren. Все остальные, включая Ники Лауду, перешли на дождевые шины.
Я отличный водитель… В дождь мы не выходим...
Расчет Масса оказался верным. Первый круг в сложнейших условиях он завершил третьим, позади Ронни Петерсона и Джеймса Ханта. Но трасса стремительно подсыхала, и уже на втором круге преимущество сликов стало очевидным. К моменту, когда Масс пролетел мимо боксов, он опережал Петерсона уже на 30 секунд. Казалось, немец уверенно идет к победе на домашнем Гран При. Но до конца второго круга добрались лишь 13 машин...
Остальные остановились у поворота «Бергверк», где Лауда по необъяснимой причине потерял контроль над Ferrari. Последствия оказались катастрофическими.
Картина напоминала настоящий ад. Один из топливных баков Ferrari разорвался, и машину мгновенно охватило пламя. При ударе о защитное ограждение фрагмент сетчатого барьера сорвал с Лауды шлем, оставив голову защищенной лишь огнестойким подшлемником.
Пилоты, ехавшие следом, отчаянно пытались объехать горящий болид. Брэтт Лангер и Харальд Эртль избежать столкновения не смогли. Они вместе с Артуро Мерцарио и Гаем Эдвардсом мгновенно выбрались из своих машин и бросились на помощь.
Медицинская бригада еще не успела прибыть. О возможной травме шеи никто даже не думал. В тот момент существовала только одна задача — как можно скорее вытащить Ники Лауду из охваченного огнем автомобиля Ferrari
Лауда всегда подчеркивал, что особенно многим обязан Артуро Мерцарио. Именно итальянец, не думая о собственной безопасности, сунул руки в огонь, чтобы расстегнуть ремни безопасности.
«Это было совсем непросто, — вспоминал Мерцарио. — Ники испытывал страшную боль и изо всех сил рвался из машины, пытаясь вырваться из пламени. К счастью, в какой-то момент он потерял сознание. Только когда его тело расслабилось, мне удалось расстегнуть замок ремней…»
Наконец к месту аварии подъехала машина скорой помощи, и Лауду доставили в университетскую клинику Мангейма.
Гонку после этого возобновили. Больше серьезных происшествий не произошло, а победу одержал Джеймс Хант — последний гонщик в истории, выигравший Гран При Формулы 1 на легендарной Северной петле Нюрбургринга.
Напарник Ханта по McLaren Йохен Масс в итоге финишировал третьим.
«Да, если бы гонку не остановили, я, скорее всего, выиграл бы, — с улыбкой говорил Масс. — Но, согласитесь, тогда было совсем не время жаловаться на упущенную победу».
Формула 1 никогда не будет безопасной
Вечер на Нюрбургринге выдался тревожным. Новости о состоянии Лауды поступали одна хуже другой. Помимо тяжелейших ожогов, он успел надышаться ядовитыми продуктами горения — как от пылавшего болида, так и от порошка из огнетушителей.
Я хорошо помню, как вечером выпил по кружке пива с моим коллегой Денисом Дженкинсоном.
«Какая трагедия, — тихо сказал Дженкс. — Он был лучшим гонщиком своего поколения…»
После этого я отправился к парому. Всю дорогу не выключал радио, ожидая, что в очередном выпуске новостей сообщат самое страшное — что Ники Лауда умер.
Но, к огромному облегчению всех, Лауда пережил ту ночь.
Позже он рассказывал, что чувствовал, как постепенно проваливается в сон, словно отпускает жизнь. И в какой-то момент понял: сейчас нельзя сдаваться. Во что бы то ни стало нужно оставаться в сознании. Именно поэтому он из последних сил заставлял себя не закрывать глаза.
Во вторник состояние Лауды вновь резко ухудшилось. Начались серьезные проблемы с дыханием, а уровень кислорода в крови упал до критической отметки. В тот день священник даже совершил над ним последнее помазание — католический обряд, который проводят тяжело больным. Ники, как вспоминали очевидцы, воспринял это с раздражением и отказался смириться с таким исходом. И словно назло судьбе именно после этого его состояние начало быстро улучшаться.
Уже через неделю ему пересаживали кожу. А вскоре появились первые разговоры, казавшиеся тогда невероятными: Лауда собирается не просто вернуться в Формулу 1, а сделать это еще до конца сезона. Звучало почти фантастически. Но кто решился бы поставить против Ники Лауды?
Он пропустил лишь два этапа — в Австрии и Нидерландах. А уже 10 сентября, спустя всего 40 дней после той страшной аварии на Нюрбургринге, вновь сел за руль Ferrari — на пятничных тренировках в Монце.
Впрочем, позже сам Лауда признавался: на самом деле он не был готов. Ни физически, ни психологически.
Ожоги еще не зажили, организм оставался крайне ослабленным. Когда он впервые выехал на трассу, страх оказался настолько сильным, что после возвращения в боксы его стошнило. Вечером в гостинице Ники долго размышлял, стоит ли продолжать. Но уже на следующий день словно переключил себя. И поехал не просто хорошо — поразительно быстро.
Роберту Кубице на заметку: 7 гонщиков, вернувшихся в Ф1 после серьезных травм
В квалификации Лауда показал пятое время, опередив обоих напарников по Ferrari — Клея Регаццони и Карлоса Ройтеманна. Энцо Феррари пригласил аргентинца в команду лишь потому, что практически не верил в возвращение чемпиона мира за руль.
На следующий день Лауда финишировал четвертым, уступив только Ронни Петерсону, Регаццони и Жаку Лаффиту.
Осознать произошедшее было невозможно. Я стоял в боксах Ferrari после гонки и молча наблюдал, как Ники предельно осторожно снимает подшлемник, буквально отдирая ткань от еще свежих ожогов на лице.
«Ники вообще не должен был находиться за рулем, — говорил позже Джеки Стюарт. — Он был очень далек от полного восстановления. Это самый мужественный поступок, который мне когда-либо доводилось видеть в спорте».
Разумеется, сам Лауда объяснял свое возвращение куда более прагматично. Но никакие рациональные доводы не способны в полной мере объяснить то, что произошло в тот уик-энд в Монце. Для меня все последующие встречи с Ники навсегда остались окрашены воспоминанием о тех нескольких секундах в боксах Ferrari, когда он осторожно снимал подшлемник с еще не заживших ран.
И вновь — тот самый черный юмор, без которого поколение Лауды, кажется, просто не могло существовать.
Не благодаря, а вопреки. Тяжелые будни Ники Лауды в Ferrari
В мае 2006 года Лауда вместе с Артуро Мерцарио, Берни Экклстоуном и своим сыном Маттиасом вновь приехал на Северную петлю Нюрбургринга — к повороту «Бергверк», где 30 лет назад произошла та самая авария. Они сделали несколько фотографий, выпили по рюмке шнапса и спокойно вспомнили прошлое.
«Много лет журналисты пытались уговорить меня снова проехать поворот «Бергверк», — рассказывал Лауда. — Наверное, надеялись, что меня захлестнут эмоции, я расплачусь или что-то в этом роде. Но, к их разочарованию, мне гораздо проще было сказать: "А, да... мой старый гриль-ресторан..."»
Так Лауда называл место своей аварии — Grill Room (гриль-бар). Это была типичная для него черная шутка: даже о самом страшном моменте своей жизни он предпочитал говорить с иронией, а не с сожалением...
В «Зелёном аду» и не только: 12 самых крутых гонок на Нюрбургринге
По материалам: motorsportmagazine.com/archive/article/november-2006/28/nigel-roebucks-legends-9
