Red Bull ждёт судьба Benetton без Шумахера. Это плохо? Не совсем!
Параллели между «постшумахеровской» командой Benetton во второй половине 90-х и нынешней Red Bull Racing без Хорнера, Ньюи и Марко напрашиваются сами собой. Что интересного и поучительного в этом сравнении? Рассуждает журналист британского Autosport Джейк Боксалл-Легг.
Было бы любопытно узнать у знатоков словесности, существовала ли поговорка «что взлетело, должно приземлиться» ещё до того, как яблоко якобы упало на голову Ньютону. Благодаря его трудам о гравитации это изречение стало расхожим. Его можно приложить ко всему на свете: к траектории полёта брошенного камня, к взлёту самолёта или — как в нашем случае — к неловкому переходу к рассказу о чемпионской команде Формулы 1, угодившей в полосу неудач после периода триумфа.
Кадровые потери Red Bull Racing: кто ушёл, а кто остался?
Новость уже не первой свежести, но для тех, кто пропустил: бессменный гоночный инженер Макса Ферстаппена Джанпьеро Ламбьязе покинет Red Bull Racing и уйдёт в McLaren — «не позднее 2028 года», как гласит пресс-релиз. В McLaren, должно быть, испытали лёгкий трепет, составляя это коммюнике: ведь команда не преминула похвастаться своей способностью привлекать лучших из лучших — упомянув не только Ламбьязе, но и Роба Маршалла с Уиллом Кортни, которые уже перебрались из Милтон-Кинса в Уокинг.
Маршалл и Кортни стояли у истоков успеха Red Bull в 2010–2013 годах, а затем стали ключевыми архитекторами нового рывка команды в 2021–2024-м. Ламбьязе же пришёл из Force India ещё в эпоху Себастьяна Феттеля, но по-настоящему раскрылся в Red Bull Racing, эффективно работая в паре с Ферстаппеном и порой осаживая нидерландского гонщика.
Однако большинство ключевых фигур, творивших историю команды в оба этих периода, уже покинули Милтон-Кинс. Кристиан Хорнер уволен, Эдриан Ньюи ушёл в Aston Martin, Джонатан Уитли отправился в Sauber/Audi, а Хельмут Марко завершил карьеру в конце прошлого года.
Это, впрочем, не значит, что Red Bull обеднела талантами. Технический штаб по-прежнему возглавляет Пьер Ваше, у Бена Уотерхауса новая, расширенная роль, а главный конструктор Крейг Скиннер и главный инженер Пол Монаган трудятся в команде с 2006 года.
Как Михаэль Шумахер изменил Формулу 1. Навсегда...
Как Benetton осиротела после ухода Михаэля Шумахера
Смена караула в Red Bull Racing очень напоминает то, что произошло с Benetton после ухода Михаэля Шумахера. Да, команда из Энстоуна снова начала побеждать, но лишь спустя десять лет после ухода немецкого гонщика и ключевых специалистов.
Переход Шумахера в Ferrari в 1996 году был объявлен 16 августа 1995-го. Однако массовый уход сотрудников из Benetton начался лишь в конце 1996-го. За немецким гонщиком в Маранелло потянулись Росс Браун и Рори Бирн, среди прочих. В Скудерии Шумахер получил карт-бланш, чтобы заново собрать свою старую техническую команду. Бирн и вовсе собирался на покой, но немец убедил южноафриканского конструктора, что в Ferrari их ждёт большое дело.
За Шумахером в Ferrari последовали и другие: глава отдела аэродинамики Николас Томбасис, а также гуру электроники Тад Чапски. А вот попытка Шумахера переманить к себе в качестве гоночного инженера Пэта Симондса провалилась: Benetton предложил тому пост технического директора, и он остался.
Воспоминания президента. С Лукой ди Монтедземоло по музею Шумахера
Так англо-итальянская команда вступила в долгий период застоя. В конце 1997 года её покинул и бессменный руководитель Флавио Бриаторе. На его место пришёл Дэвид Ричардс из Prodrive, но и он задержался всего на год. Ричардс пытался убедить акционеров продать долю Ford, чтобы стать заводской командой, однако семья Бенеттон наложила вето. В итоге команда продолжила барахтаться в середине пелотона, используя устаревшие моторы Renault под брендами Mecachrome и Supertec.
Вместо Бирна конструкторский отдел возглавил Ник Уирт, ранее работавший в Simtek, а его заместителем стал Джеймс Эллисон. Пытаясь компенсировать уход Шумахера, в Энстоун пригласили опытных гонщиков — Жана Алези и Герхарда Бергера. Однако это не принесло успеха, если не считать победу Бергера на Гран При Германии 1997 года.
Затем команда сделала ставку на молодёжь — Джанкарло Физикеллу и Алекса Вурца, но к моменту их прихода финансирование было серьёзно сокращено, а машина уступала по скорости не только Ferrari и McLaren, но и Williams с Jordan.
Горе от ума или как Benetton старалась остаться на плаву без Шумахера
Возрождение команды из Энстоуна как пример для Red Bull
Лишь когда в конце 2000 года команду купила Renault, в Энстоуне началось возрождение. Вернувшийся Флавио Бриаторе собрал новую команду: из Jordan пришли Майк Гаскойн, Боб Белл, Джон Томлинсон и ныне покойный Дино Тозо, а из Ferrari удалось вернуть Чапски и Эллисона.
Было много повышений и из собственных рядов, но команда также активно переманивала топ-специалистов у соперников из середины пелотона. В итоге под руководством Бриаторе и Симондса Renault выиграла чемпионаты 2005 и 2006 годов.
Renault R25. Непризнанный гений эпохи
Кими и MP4-20. Победа или поражение?
Исторический пример Benetton — это и предостережение, и сигнал надежды для Red Bull Racing. Ваше, Уотерхаус и Скиннер остаются в команде, обеспечивая преемственность, как и главный аэродинамик Энрико Бальбо. К тому же команда усилила технический состав, пригласив Андреа Ланди из Racing Bulls. И учитывая тесноту паддока Ф1, можно не сомневаться: Red Bull Racing будет искать громкие имена на рынке, чтобы закрыть бреши в кадрах и найти замену Ламбьязе.
Такова уж природа Формулы 1: циклы взлёта и падения часто совпадают с перестановками в топ-менеджменте. Ferrari, например, прошла через такую же вынужденную метаморфозу после того как в 2006–2007 годах ушли Тодт, Браун, Бирн и Шумахер. Иногда кадровые потери растягиваются на годы, а иногда происходят лавинообразно.
Даже при таком трудном старте сезона, как в 2026 году, у Red Bull Racing нет повода для паники. В конце концов тысяча с лишним сотрудников команды, включая моторное подразделение, способны пережить уход нескольких управленцев.
Первоначальный шок от очередной потери и неизбежное тиражирование мемов «ну вот, опять» в соцсетях со временем улягутся. Наоборот — это шанс для тех, кто уже в команде, сделать шаг по карьерной лестнице вверх и повести команду за собой, вывести её из кризиса.
Согласитесь — всё как в любой компании. Разница лишь в том, что в Ф1 эта «офисная драма» разворачивается на фоне гонок на скоростях за 300 км/ч, а её последствия обсуждают по всему миру…
Источник: британский Autosport
